Bahá'í Library Online
. . . .
.
>>   Bahá'í Writings Books
> add tags

Китаб-и-Агдас:
Наисвятая Книга

by Бахаулла

translated by Елена Нейлор and Вадим Номоконов.
previous chapter chapter 2 start page single page chapter 4 next chapter

Chapter 3

ОПИСАНИЕ КИТАБ-И-АГДАС, ДАННОЕ ШОГИ ЭФФЕНДИ

Из книги «Бог проходит рядом», истории первого века бахаи

Возвещение это, непревзойденное и поразительное, оказалось, тем не менее, всего лишь преддверием более мощного проявления созидательной силы его Творца, а также того, что по праву может быть названо самым выдающимся деянием Его миссии — обнародования Китаб-и-Агдас. Косвенно упомянутая в Китаб-и-Иган и являющая собой главное вместилище Закона, предвосхищенного Пророком Исаией и названного создателем Апокалипсиса «новыми небесами» и «новой землей», «Скинией Бога», «Святым Градом», «Невестой», «Новым Иерусалимом, нисходящим от Бога»,— эта Наисвятая Книга, чьи положения пребудут неизменными не менее тысячи лет и чья система мироустройства охватит всю планету, может по праву считаться ярчайшим проявлением мысли Бахауллы, Матерью-Книгой Его Завета и Хартией Его Нового Мирового Порядка.

Открытая вскоре после того как Бахаулла был переведен в дом Уди Хаммара (около 1873 года), в пору, когда Он все еще терпел невзгоды, причиной которых стали действия как Его недругов, так и тех, кто выдавал себя за приверженцев Его Веры, Книга эта — эта сокровищница, хранящая в себе бесценные жемчужины Его Откровения, выделяется благодаря провозглашенным в ней принципам, учрежденным в ней административным институтам и тем полномочиям, которыми в ней наделен законный Преемник ее Творца,— как единственная и не имеющая себе равных среди Священных Писаний мира. Ибо, в отличие от Ветхого Завета и Святых Книг, предшествовавших ему, в которых отсутствуют наставления, непосредственно данные Самим Пророком; в отличие от Евангелий, в которых немногие высказывания, приписываемые Иисусу Христу, не дают четкого руководства относительно будущего устройства дел Его Веры; в отличие даже от Корана, в котором хотя и определены четко законы и установления, сформулированные Посланником Божиим, но обойден молчанием важнейший вопрос, касающийся преемственности, Китаб-и-Агдас — Книга, открытая от начала до конца Самим Творцом этого Откровения,— не только сохраняет для потомков основные законы и уложения, на которые будет опираться Его грядущий Мировой Порядок, но также предписывает, помимо передачи права их толкования Своему Преемнику, учреждение необходимых институтов, которые являются единственным средством, способным обеспечить чистоту и целостность Его Веры.

В этой Хартии грядущей мировой цивилизации ее Творец — в одном лице Судья, Законодатель, Объединитель и Искупитель человечества — извещает правителей земли о том, что провозглашен «Величайший Закон"; называет их Своими вассалами; объявляет Себя «Царем царствующих"; отрицает какое бы то ни было намерение посягнуть на их царства; оставляет за Собой право «завоевать людские сердца и владеть ими"; предостерегает религиозных лидеров мира, чтобы они не оценивали Книгу Божию по привычным для них меркам; утверждает, что сама Книга есть Непогрешимые Весы, установленные среди людей. В ней Он официально учреждает Дом Справедливости, определяет его полномочия, указывает источники поступления средств и называет его членов Мужами Справедливости, Уполномоченными от Бога, Доверенными Всемилостивого; косвенно говорит о будущем Средоточии Своего Завета и наделяет Его правом толкования Своего Святого Писания; предвосхищает учреждение института Хранительства; свидетельствует о преобразующем характере Своего Мирового Порядка; выдвигает учение о Величайшей Непогрешимости Богоявлений; указывает, что подобная непогрешимость есть неотъемлемое и исключительное право Пророка, а также отрицает возможность пришествия нового Богоявления, прежде чем пройдет, по крайней мере, одно тысячелетие.

В этой Книге, кроме того, Он вводит обязательные молитвы; определяет время и длительность поста; запрещает соборную молитву, делая исключение лишь для молитвы по усопшим; устанавливает Киблу; учреждает Хукукулла (Право Бога); формулирует закон о наследовании; предписывает учреждение Машрикул-Азкар; устанавливает Праздник Девятнадцатого Дня, празднества Бахаи и Вставные дни; упраздняет институт духовенства; запрещает рабство, аскетизм, нищенство, монашество, покаяние, использование кафедр и целование рук; предписывает единобрачие; осуждает жестокость по отношению к животным, тунеядство и леность, злословие и клевету; порицает развод, запрещает азартные игры, потребление опиума, вина и прочих опьяняющих напитков; назначает наказание за убийство, поджог, прелюбодеяние и воровство; подчеркивает важность брака и устанавливает его важнейшие условия; предписывает заниматься ремеслом или другим делом, возводя эти занятия в ранг поклонения Богу; подчеркивает необходимость изыскивать средства на образование детей; вменяет каждому в обязанность составление завещания; возлагает на каждого долг полного повиновения своему правительству.

Помимо этого, Бахаулла также побуждает Своих последователей к дружественному, сердечному и равноправному общению с приверженцами всех вероисповеданий; предостерегает их от фанатизма, мятежности, гордыни, споров и препирательств; наказывает им блюсти безупречную чистоту, безукоризненную правдивость, незапятнанное целомудрие, воплощать собой надежность, гостеприимство, верность, учтивость, терпимость, справедливость и честность; советует им быть «как пальцы одной руки и как члены единого тела"; призывает их подняться на служение Делу Его; заверяет их в Своей неизменной поддержке. Помимо этого, Он размышляет о неустойчивости дел человеческих; провозглашает, что истинная свобода человека заключается в повиновении Его заповедям; предостерегает против небрежения в выполнении Его законов; предписывает две неразделимые обязанности — признание «Рассвета Откровения Божиего» и следование всем предписаниям, что открыты Им,— указывая при этом, что ни одна из этих обязанностей не приемлема без другой.

Знаменательное послание к президентам республик американского континента с призывом воспользоваться возможностью, открывающейся перед ними в День Божий, и встать на защиту дела справедливости; наказ членам законодательных собраний всего мира ввести всеобщую письменность и язык; Его предостережения Вильгельму I, победителю Наполеона III; порицание, направленное Им Францу-Иосифу, императору Австрии; упоминание о «плаче Берлина» в Его обращении к «берегам Рейна"; осуждение Им «престола тирании», воздвигнутого в Константинополе, и Его пророчество об утрате его «внешнего великолепия» и о невзгодах, которые постигнут его обитателей; слова ободрения и утешения, которые Он обращает к Своему родному городу, говоря, что Бог избрал его, дабы он был «источником радости для всего человечества"; Его прорицание о том, что «голоса героев Хорасана» возвысятся в прославлении их Господа; Его утверждение о том, что в Кирмане восстанут мужи, «наделенные могучей доблестью», которые станут поминать Его; и, наконец, великодушное заверение, данное Им вероломному брату, навлекшему на Него столь тяжкие муки, в том, что «вечно прощающий, всеблагой» Бог отпустит ему его беззакония, если только тот раскается,— все это еще более обогащает содержание Книги, названной ее Творцом «источником подлинного блаженства», «Непогрешимыми Весами», «Прямой Стезей» и «животворящим началом для человечества».

Более того, Бахаулла определяет законы и предписания, составляющие основное содержание этой Книги, как «дыхание жизни для всего сотворенного», «мощнейший оплот», «плоды» Его «Древа», «высшее средство для обеспечения порядка в мире и безопасности его народов», «светильники» Его «любящего провидения», «благоухающие ароматы Его облачения» и «ключи» Его «милосердия» для Его «созданий». «Книга сия,— свидетельствует Сам Бахаулла,—есть небеса, кои Мы украсили звездами Наших заповедей и запретов». Он также утверждает: «Благословен тот, что прочтет ее и поразмыслит о стихах, ниспосланных в ней Богом, Господом Власти, Вседержителем. Скажи: О люди! Возьмите ее десницей смирения... Жизнью Моей клянусь! Она ниспослана так, что повергает в изумление рассудок человеческий. Воистину сие есть Мое наиболее весомое свидетельство для всех народов и доказательство Всемилостивого для всех сущих на небесах и всех сущих на земле». И еще: «Благословенны уста, что отведали сладости ее, и проницательное око, что узрело сокрытые в ней богатства, и чуткое сердце, что постигло ее иносказания и тайны. Богом клянусь! Столь величественно явленное в ней, столь поразительно откровение скрытых в ней иносказаний, что чресла речения содрогаются, когда пытаются выразить сие». И в заключение: «Книга Агдас явлена так, что привлекает и охватывает все установленные Богом Заветы. Блаженны вчитывающиеся в нее! Блаженны постигающие ее! Блаженны размышляющие над нею! Блаженны проникающие в ее смысл! Столь велика она по своему охвату, что объяла всех людей, прежде чем они признали ее. Близок час, когда ее верховная власть, ее всепроницающее влияние и ее величественная мощь будут явлены на земле».

previous chapter chapter 2 start page single page chapter 4 next chapter
Back to:   Bahá'í Writings Books
Home Site Map Forum Links Copyright About Contact
.
. .